М.А. Булгаков. «Мастер и Маргарита»

Михаил Афанасьевич Булгаков родился 3 (15) мая 1891 года в Киеве, в семье преподавателя духовной академии. Окончил медицинский факультет Киевского университета, работал земским врачом в Смоленской губернии — отсюда «Записки юного врача». Гражданскую войну прошёл военным врачом, видел смену властей в Киеве четырнадцать раз и написал об этом «Белую гвардию» (1925) и пьесу «Дни Турбиных» (1926). Дальше начинается сюжет, без которого «Мастер и Маргарита» не понять. К концу 1920-х Булгаков — запрещённый автор. «Собачье сердце» (1925) не пропущено цензурой и выйдет только в 1987 году. Пьесы снимают с репертуара. В 1930 году он пишет письмо правительству СССР с просьбой либо выпустить его за границу, либо дать работу; после телефонного звонка Сталина его берут ассистентом режиссёра в Художественный театр. Печататься ему по-прежнему нельзя. Именно в этом положении — автор без читателя — Булгаков начинает в 1928 году роман, который будет писать до самой смерти 10 марта 1940 года. Первую редакцию он сжёг в 1930 году; восстанавливал по памяти. Последние правки диктовал жене, Елене Сергеевне, уже ослепнув. Роман вышел в журнале «Москва» в 1966–1967 годах — через двадцать шесть лет после смерти автора и с цензурными изъятиями. Почему это не «просто биография». Главный герой романа — писатель, чей роман не напечатали, который его сжёг и попал в лечебницу. Фраза Воланда «Рукописи не горят» в устах человека, сжёгшего собственную рукопись, — не афоризм, а личное высказывание. В сочинении 11 такое замечание стоит дорого: оно показывает, что вы понимаете связь текста и контекста, а это отдельное требование кодификатора.

Роман устроен как роман в романе: внутри истории о Москве 1930-х годов лежит другая книга — о Понтии Пилате, написанная Мастером. Но миров не два, а три, и каждый отвечает за своё. Мир первый: Москва. Четыре майских дня от среды до субботы. Патриаршие пруды, дом 302-бис на Садовой с «нехорошей квартирой» № 50, Варьете, Массолит с рестораном «Грибоедов», клиника Стравинского. Здесь царят быт и страх: литература распределяется по спискам, квартиры добываются доносом, деньги решают всё. Стиль этих глав — лёгкий, быстрый, фельетонный, с гоголевской интонацией. Мир второй: Ершалаим. Одни сутки — четырнадцатое число весеннего месяца нисана. Пилат, Иешуа Га-Ноцри, первосвященник Каифа, Иуда из Кириафа, Левий Матвей, начальник тайной службы Афраний. Стиль полностью меняется: тяжёлая, точная, почти протокольная проза, без единой шутки. Так Булгаков показывает, что это не сон и не вставная притча, а более прочная реальность, чем московская. Мир третий: вечность. Воланд и его свита, бал полнолуния, последний полёт. Этот мир не имеет времени и служит связкой: именно оттуда приходит и суд, и награда. Как устроена сцепка. Главы стыкуются словом: московская глава обрывается фразой, с которой дословно начинается следующая, ершалаимская. Первый переход происходит в первой главе: Воланд начинает рассказывать, и повествование переходит в Ершалаим. Второй раз ершалаимскую главу видит во сне Иван Бездомный. Третий — Маргарита читает уцелевшую рукопись. То есть каждая ершалаимская глава кому-то принадлежит: рассказу очевидца, сну, тексту. Автор ни разу не говорит о Пилате «от себя».

Ершалаимская часть начинается фразой, которую стоит помнить дословно, — она же трижды повторяется в романе как рефрен: «В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца Ирода Великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат» Сюжет прост: прокуратор допрашивает бродячего философа Иешуа Га-Ноцри, обвинённого в призыве разрушить храм. Пилат быстро понимает, что перед ним не преступник, и хочет его спасти: у него мучительная головная боль, и арестант её снимает одним разговором. Но всплывает второе обвинение — слова об оскорблении величества кесаря, — и здесь Пилат оказывается перед выбором: спасти невиновного и поставить под удар собственную карьеру или утвердить казнь. Он утверждает казнь. Иешуа у Булгакова — не икона. Это одинокий человек, помнящий только своего единственного ученика и убеждённый в невозможном: «…злых людей нет на свете» и «правду говорить легко и приятно» Пилат знает, что это неправда, и всё же слушает как заворожённый. Его беда не в жестокости — он не жесток. Его беда в том, что он боится: доноса, Каифы, кесаря. Поэтому приговор романа звучит так, что его невозможно смягчить: трусость названа самым страшным пороком. Расплата — бессмертие и бессонница: двенадцать тысяч лун Пилат сидит в горах и ждёт разговора, который не состоялся. Смысловой мост в Москву. Трусость — это и есть та черта, которая связывает прокуратора с современными Булгакову литераторами: Мастер отрёкся от романа и сжёг его не из-за цензуры как таковой, а потому что испугался. Поэтому его финал — не свет.

Роман открывается эпиграфом из «Фауста» Гёте, и без него Воланда читают неверно: «…так кто ж ты, наконец? — Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо» Дальше двести страниц Булгаков это проверяет. В Москве Воланд никого не совращает. Ни один человек в романе не продал душу, никому не предложена сделка. Свита устраивает представление в Варьете — и москвичи сами бросаются за деньгами и нарядами; деньги превращаются в бумажки, наряды исчезают на улице. Никанор Иванович Босой берёт взятку — и валюта находится у него сама. Доносчик Алоизий Могарыч получает квартиру Мастера и теряет её. То есть зло у Булгакова не создаёт пороков, а обнаруживает их. Отсюда знаменитое наблюдение Воланда после сеанса: люди как люди, «квартирный вопрос только испортил их». Это не приговор человечеству, а диагноз конкретному времени. Вторая функция Воланда важнее первой: он вершит суд, который в Москве некому вершить. Мастера некому защитить; правду о Пилате некому подтвердить; Фриде, задушившей ребёнка, некому дать прощение. Это делает нечистая сила — потому что больше некому. Самый острый разговор происходит между Воландом и Левием Матвеем: «Что бы делало твоё добро, если бы не существовало зла, и как выглядела бы земля, если бы с неё исчезли тени?» Это и есть философский центр романа: добро и зло у Булгакова не воюют, а держат мир вместе, как свет и тень. Левию нечего ответить. Частая ошибка. Писать «Булгаков оправдывает зло» нельзя: Воланд наказывает, а не поощряет. Точная формула — зло в романе выполняет работу справедливости, потому что справедливость больше некому вершить.

Мастер появляется только в тринадцатой главе — и это единственный герой без имени. У него есть прошлое (историк, знал пять языков, выиграл сто тысяч по облигации), есть роман о Пилате, есть больничная палата № 118. Имени нет, потому что имя ему заменило дело: «мастер» — это то, что он умеет, и Маргарита называет его так. Вторая часть романа открывается прямым обращением к читателю: «За мной, читатель! Кто сказал тебе, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви?» А история их встречи описана фразой, которую стоит выучить целиком, потому что она сама по себе тема сочинения: «Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих» Сравнение любви с убийцей и ударом финского ножа не случайно: у Булгакова любовь — не утешение, а катастрофа, которая переделывает жизнь без спроса. Дальше герои расходятся ролями, и это главное. Мастер сдаётся: сжигает роман, отказывается от него, уходит в клинику и в конце просит только покоя. Маргарита не сдаётся ни разу: она соглашается стать ведьмой, летит на бал, выдерживает его до конца — и, получив право на одно желание, тратит его не на себя, а на Фриду, чужую женщину, которой каждое утро подают платок. Это и есть нравственная вершина романа: Маргарита отказывается от собственного счастья ради чужого прощения, и уже потом Воланд возвращает ей Мастера — не в награду, а потому что она оказалась человеком, которому можно давать. Совет Воланда, который часто цитируют в отрыве от контекста: «Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами всё дадут!» В романе это не житейская мудрость, а проверка: Маргарита выдерживает её и потому получает всё.

Развязку обычно пересказывают как счастливую: влюблённые вместе, злодеи наказаны. Текст говорит иначе. Левий Матвей приходит к Воланду с решением и произносит фразу, которую нужно знать дословно: «Он не заслужил света, он заслужил покой» Разница принципиальна и спрашивается на экзамене. Свет — высшая награда, полное оправдание. Покой — прекращение мучений, вечный дом, свеча, любимая рядом, тишина и возможность работать. Это много, но это не оправдание. Почему Мастеру отказано в свете? Потому что он отрёкся. Испугавшись травли, он сжёг рукопись и отступился от того, что знал. Роман он написал — и за это ему дан покой; но довести дело до конца не смог — и потому света нет. Тут и смыкаются два сюжета: Пилат отступился из страха, Мастер отступился из страха, и приговор им вынесен по одной шкале. Последнее, что делает Мастер, — отпускает Пилата. Прокуратор двенадцать тысяч лун ждёт разрешения договорить с арестантом; Мастер кричит ему: «Свободен!» — и Пилат уходит по лунной дороге. То есть автор романа сам завершает свой роман, и это единственный поступок Мастера, доведённый до конца. Последняя фраза книги возвращает к началу и закрывает кольцо: «…жестокий пятый прокуратор Иудеи всадник Понтий Пилат» Что это даёт для сочинения. Тезис «роман кончается счастливо» слаб. Сильный тезис: финал распределяет награды по мере верности делу — Маргарите, не отступившей ни разу, покой достаётся как дому; Мастеру — как передышке; Пилату — как прощению, которого он ждал двенадцать тысяч лун.

Кодификатор называет Булгакова широко: «Романы „Белая гвардия“ или „Мастер и Маргарита“. Рассказы, повести, пьесы». Значит, фрагмент в части 1 может прийти и не из главного романа, и минимальное знание двух других вещей обязательно. «Белая гвардия» (1925, полностью издана во Франции в 1929) — роман о Киеве зимы 1918–1919 годов, о семье Турбиных и о том, как за несколько месяцев рушится весь порядок жизни. Главный образ книги — Дом: кремовые шторы, изразцовая печь с надписями, часы, играющие гавот, «Саардамский плотник» на полке. Дом противопоставлен Городу, где меняются власти, и Степи, откуда идёт Петлюра. Это противопоставление и есть смысл романа: у Булгакова история проверяется тем, уцелел ли быт как форма человечности. Эпиграфы взяты из «Капитанской дочки» Пушкина и Апокалипсиса — то есть буран и Страшный суд одновременно. Из романа выросла пьеса «Дни Турбиных» (1926), которую Художественный театр играл с огромным успехом. «Собачье сердце» (написано в 1925, напечатано в СССР в 1987) — повесть о профессоре Преображенском, который пересадил псу гипофиз человека и получил Полиграфа Полиграфовича Шарикова. Сюжет часто читают как сатиру на «нового человека», и это верно, но текст говорит точнее: беда не в операции, а в том, чей гипофиз пересадили — Клима Чугункина, вора и пьяницы. Профессор формулирует вывод сам: разруха не в клозетах, а в головах; и добавляет, что мог бы просто подождать, пока природа сама вырастит человека. Отсюда и главная мысль: переделать человека приказом нельзя, а попытка кончается Шариковым и Швондером. Как это использовать. Если тема сочинения 11 сформулирована по Булгакову широко («Тема ответственности учёного», «Дом и бездомность», «Человек и власть»), «Собачье сердце» и «Белая гвардия» дают материал, которого нет у большинства пишущих, — а критерий К2 прямо требует привлечения текста, не обязательно самого известного.

Разночтения вокруг «Мастера и Маргариты» начались сразу после журнальной публикации и не кончились. Первая позиция: роман — прежде всего сатира на советский быт, а ершалаимские главы — способ провести её через цензуру. Довод: московские главы занимают большую часть текста и написаны фельетонно. Вторая позиция: роман — философское высказывание о добре, зле и творчестве, а московская сатира — лишь фон. Довод: композиция подчинена ершалаимской линии, к ней ведут все сюжеты, ею роман кончается. Третья позиция — историко-текстологическая, её представляет М.О. Чудакова (книга «Жизнеописание Михаила Булгакова», 1988, и работы по редакциям романа). Она показала, что замысел за двенадцать лет менялся: в ранних редакциях не было ни Мастера, ни Маргариты, роман назывался иначе и был заметно ближе к сатире о дьяволе в Москве. То есть философский слой нарастал постепенно, и спор первых двух позиций разрешается историей текста. Ещё один справочный ориентир — «Булгаковская энциклопедия» Б.В. Соколова: свод источников, прототипов и параллелей. Как это вставить в сочинение. «Вопрос о жанровой природе романа остаётся дискуссионным: одни исследователи видят в нём прежде всего сатиру на московский быт 1930-х годов, другие — философское высказывание о природе добра и зла; текстологические работы М.О. Чудаковой показывают, что философский план нарастал от редакции к редакции». Одна такая фраза выводит работу из разряда пересказа.

Откуда. Эпиграф из «Фауста» назван прямо, и линия Гёте в романе сквозная: Маргарита носит имя Гретхен в русском изводе, Воланд получил имя из «Фауста» (в сцене Вальпургиевой ночи Мефистофель требует дорогу словами «Junker Voland kommt»). Вторая родословная — гоголевская: превращения, нечистая сила в городе, фельетонная лёгкость, нос-сюжет московских глав. Куда. «Мастер и Маргарита» задал русской прозе XX века модель романа о художнике и власти, и рядом с ним стоят «Доктор Живаго» Пастернака (тоже книга, написанная в стол и изданная не на родине) и лагерная проза Солженицына, где вопрос ставится жёстче: чем платит человек за верность себе. Для задания 5 надёжные пары: Воланд и чёрт Ивана Карамазова (Достоевский); Мастер и доктор Живаго (художник против времени); Маргарита и Соня Мармеладова (жертва ради другого); Пилат и Понтий-подобные фигуры власти — например, градоначальники «Истории одного города» Салтыкова-Щедрина, но там сопоставление сатирическое, и его нужно оговаривать.