Задание 6: лексические нормы, плеоназм и тавтология

Прочитай вслух: «В отделе кадров есть свободная вакансия». Ничего не дрогнуло? У большинства — ничего. Фраза звучит гладко, её пишут в объявлениях, произносят по радио, и никто не спотыкается.

А теперь посмотри, что значит слово «вакансия». Оно пришло из латыни, от vacans — «пустующий, незанятый». Вакансия — это и есть свободное место. Значит, во фразе сказано: «свободное свободное место».

Вот в этом и вся разница между заданием 6 и остальными заданиями первой части. Орфографическую ошибку глаз ловит, пунктуационную — тоже. А речевую избыточность не ловит никто, потому что смысл от неё не страдает: собеседник всё понял, сообщение дошло. Страдает другое — точность и экономность. Лишнее слово ничего не добавляет, но занимает место и размывает мысль.

Именно поэтому задание 6 в работе и стоит. Оно проверяет не знание правила, а способность посмотреть на собственную фразу со стороны и заметить в ней слово, которое ничего не делает.

Важно понять сразу: избыточность — не «редкая ошибка образованных людей», а самая массовая беда обычной речи. «Прейскурант цен», «памятный сувенир», «главная суть», «коллеги по работе», «в апреле месяце», «сервисное обслуживание», «мимика лица», «внутренний интерьер» — всё это можно услышать за один день, не выходя из дома.

И есть хорошая новость: почти вся эта масса раскладывается на три механизма, а не на бесконечный список. Разберём их по очереди — и станет видно, что заучивать нечего.

Прежде чем разбирать ошибки, стоит понять, относительно чего они ошибки.

Языковая норма — это принятый в образованной речи способ говорить и писать. Её никто не придумывает за столом: норму сначала обнаруживают в речи тех, кого считают образцом, а потом записывают в словари и справочники. Поэтому норма меняется — медленно, но меняется: ещё сто лет назад говорили «фильма» в женском роде и «зала» вместо «зал».

Кодификатор ЕГЭ называет пять типов норм, и все пять проверяются в первой части работы: орфоэпические (задание 4), лексические (задания 5 и 6), морфологические и синтаксические (задания 7 и 8), орфографические и пунктуационные (задания 9–21).

Лексическая норма — про выбор слова. Она требует трёх вещей:

• • слово должно быть взято в том значении, которое у него есть;
• • слово должно сочетаться с соседями по правилам, которые сложились в языке;
• • в высказывании не должно быть лишних слов, повторяющих уже сказанное.

За этими тремя требованиями стоят три качества хорошей речи, о которых говорит тот же кодификатор: точность (слово названо то, что имелось в виду), ясность (сказанное понимается однозначно) и краткость (нет слов, которые ничего не несут). Задание 6 проверяет ровно их.

Важно и то, чего лексическая норма не требует. Она не запрещает заимствования, не запрещает разговорные слова и не велит говорить «мокроступы» вместо «галош». Она запрещает только одно: ставить слово туда, где оно не работает.

Больше половины плеоназмов в заданиях ЕГЭ устроены одинаково: иностранное слово плюс русское слово, которое его переводит.

Когда язык берёт чужое слово, оно поначалу непонятно. Говорящий чувствует это и на всякий случай добавляет рядом поясняющее русское — чтобы наверняка. Так рождается «сервисное обслуживание» (service и есть обслуживание), «прейскурант цен», «свободная вакансия», «памятный сувенир», «ведущий лидер» (leader — ведущий), «народный фольклор» (folk — народ), «моя автобиография» (auto- — сам), «первый дебют» (дебют — первое выступление), «ответная контратака» (контр- — ответный), «саммит на высшем уровне» (summit — вершина), «внутренний интерьер», «специфические особенности» (специфический и есть особый).

Потом слово приживается, становится понятным — а привычка добавлять подпорку остаётся. Получается словесная подпорка под тем, что и так стоит.

Этот механизм удобен тем, что даёт рабочий приём на экзамене. Увидел в предложении заимствование — переведи его для себя на русский и посмотри, нет ли этого перевода рядом:

— «главный приоритет»: приоритет — первенство, главенство. Лишнее слово «главный». — «полный аншлаг»: аншлаг — объявление о том, что все билеты проданы, то есть полный зал. Лишнее «полный». — «взаимное сотрудничество»: со-трудничество — уже совместный труд. Лишнее «взаимное». — «совместное соглашение»: соглашение — согласие сторон, по одному человеку его не заключают. Лишнее «совместное». — «депиляция волос»: депиляция — удаление волос. Лишнее «волос».

Обрати внимание: русские приставки со-, взаимо-, воз- работают так же, как иностранные корни. «Совместное сотрудничество», «взаимно помогать друг другу», «объединить воедино» — та же болезнь, только на своём материале.

Второй источник избыточности — когда лишнее слово повторяет то, что несёт часть соседнего слова: приставка, корень или сама природа действия.

Приставка. «Вернуться обратно» — приставка вер- в паре с -ся уже значит движение назад. «Подняться вверх», «спуститься вниз», «отступить назад», «перейти через дорогу», «объединиться вместе», «сотрудничать вместе», «возобновиться вновь», «предчувствовать заранее», «предупредить заранее» — во всех случаях наречие повторяет приставку.

Корень. «Мимика лица»: мимика бывает только лицевой. «Жестикулировать руками»: жестикулируют именно руками. «Моргать глазами», «кивнуть головой», «топать ногами», «хлопать в ладоши руками», «пнуть ногой» — тело здесь названо дважды: один раз глаголом, другой раз существительным.

Природа действия или предмета. «Упасть вниз» — падают всегда вниз. «Отступить назад», «поднять вверх», «свободная вакансия» — тот же случай. «Молодая девушка» звучит привычно, но девушка по определению молода (в задании эта пара встречается). «Habitual» — ладно, по-русски: «коллеги по работе» — коллега и есть сослуживец; «пернатые птицы» — пернатыми бывают только птицы; «стая птиц полетела по воздуху» — иначе и не полетишь.

Особый подвид: усиление того, что усилить нельзя. Есть слова, обозначающие предельный признак: оптимальный (наилучший), максимальный, минимальный, единственный, главный, основной, целиком, полностью, абсолютно. Их нельзя ни усилить, ни сравнить. Поэтому ошибочны «очень оптимальный», «наиболее оптимальный», «самый оптимальный», «более лучший», «самый наилучший», «наиболее максимальный», «единственный и неповторимый», «очень огромный», «крайне экстремальный».

Это же правило объясняет школьную ошибку «более лучше» и «самый красивейший»: нельзя строить степень сравнения дважды. Если слово уже стоит в превосходной степени (лучший, красивейший), добавлять «самый» и «более» не к чему.

С тавтологией есть тонкость, о которой в школе говорят редко, а на экзамене она встречается.

Тавтология — повтор однокоренных слов рядом. В большинстве случаев это небрежность: «проливной ливень», «спросить вопрос», «изобразить образ», «в рассказе рассказывается», «организовать организацию», «столица столичного округа». Такой повтор устраним: можно сказать «сильный ливень», «задать вопрос», «в рассказе говорится».

Но есть сочетания, где повтор неустраним, потому что другого слова в языке просто нет:

• • — варить варенье (никак иначе не скажешь: «готовить варенье» — уже не то);
• • — постелить постель, застелить постель;
• • — загадать загадку;
• • — закрыть крышкой;
• • — белое бельё;
• • — словарь иностранных слов;
• • — чёрные чернила (исторически чернила и значили «чёрная жидкость»).

Такие сочетания норма не запрещает: язык не виноват, что от одного корня образованы и предмет, и действие с ним. Их называют неустранимой, или закреплённой, тавтологией.

Третий случай — тавтология как приём. В пословицах и фразеологизмах повтор стоит намеренно и держит всю конструкцию: «дружба дружбой, а служба службой», «час от часу не легче», «сослужить службу», «шутки шутить», «ходить ходуном», «видать виды». Убрать повтор — значит разрушить оборот.

Из этого следует практический вывод для экзамена. Если лишнее слово нельзя снять, не разрушив смысл, — это не то слово, которое от тебя ждут. В задании 6 всегда есть слово, после удаления которого предложение остаётся полным и правильным. Именно по этой проверке его и находят: мысленно вычеркни кандидата и перечитай фразу. Уцелела — это он.

Третий тип ошибок в задании 6 — нарушение лексической сочетаемости. Здесь лишнего слова нет, все слова понятны и уместны по смыслу, но вместе они не ставятся.

Почему? Потому что сочетаемость задаётся не логикой, а традицией. Логика разрешила бы «карие волосы»: карий — это оттенок коричневого, волосы такого цвета бывают. Но по-русски карими бывают только глаза (и ещё масть лошади), а волосы — каштановые. Точно так же «глубокая старость» есть, а «глубокой юности» нет; «одержать победу» есть, а «одержать поражение» нет; «крепкая дружба» есть, а «крепкая любовь» звучит странно.

Большинство нарушений сочетаемости в заданиях — это контаминация, скрещение двух устойчивых оборотов. Говорящий помнит оба, но склеивает их половинками:

• • — «играть роль» + «иметь значение» → ошибочное «играть значение» и «иметь роль»;
• • — «одержать победу» + «потерпеть поражение» → «одержать поражение»;
• • — «уделять внимание чему» + «обращать внимание на что» → «уделять внимание на»;
• • — «повысить уровень» + «улучшить качество» → «повысить качество» (уровень повышают, качество улучшают);
• • — «предпринять меры» — здесь склеились «принять меры» и «предпринять шаги»;
• • — «подорожали цены» — дорожают товары, а цены растут или повышаются;
• • — «оправдать доверие» + «удовлетворить требования» → «оправдать требования»;
• • — «поднять тост» — тост произносят, а поднимают бокал.

Запоминать эти пары полезнее двойками, а не поодиночке: именно в паре видно, откуда взялась ошибка. Скажи себе: «роль играют, значение имеют»; «победу одерживают, поражение терпят»; «уровень повышают, качество улучшают»; «товары дорожают, цены растут».

Отдельная разновидность — несовместимость по стилю или по оценке: «дешёвые цены» (цены бывают низкими, дешёвым бывает товар), «улучшить недостатки» (недостатки устраняют), «предотвратить ущерб» (ущерб возмещают, а предотвращают потери), «уютный вокзал» (слово тянет за собой домашнюю обстановку).

Плеоназмом, тавтологией и сочетаемостью список не исчерпывается. В вариантах встречаются ещё три типа, и их полезно узнавать в лицо.

Слово в несвойственном ему значении. Говорящий помнит слово приблизительно и ставит его туда, где нужно другое. «Благодаря пожару сгорел лес» — предлог «благодаря» сохраняет связь с глаголом «благодарить» и уместен только там, где речь о хорошем; о беде говорят «из-за». «Он одел на себя маску равнодушия» — здесь сразу и пароним, и переносное значение. «Львиная часть работы» — фразеологизм звучит «львиная доля». «Приоритет в этом вопросе принадлежит ему» — приоритет означает первенство во времени, то есть кто сделал раньше, а не кто главнее.

Искажение фразеологизма. Устойчивый оборот нельзя менять по частям: он потому и устойчив, что закреплён целиком. Ошибки выглядят так: «играть главную скрипку» (надо «играть первую скрипку»), «уделять внимание на детали» (уделять внимание чему), «поднять тост» (произнести тост, поднять бокал), «скрепя сердцем» (скрепя сердце), «одержать успехи» (добиться успехов, одержать победу), «взять себе львиную часть» (львиную долю), «дешёвые цены» (низкие цены), «поставить точки над и» — вот это как раз норма.

Смешение стилей. Слово из другого регистра в нейтральном тексте читается как ошибка: «Автор в своём произведении здорово раскрыл тему», «Печорин был крутым офицером», «Депутаты приняли решение по поводу денег, которые выбили». Разговорное и сниженное слово рядом с книжным создаёт то, что в стилистике называют разнобоем. В задании 6 такое встречается реже, чем плеоназм, но встречается — и лечится заменой на нейтральное слово: «глубоко раскрыл», «был смелым офицером».

Общий принцип у всех трёх типов один и тот же: слово должно стоять там, где ему место по значению, по традиции и по стилю. Именно это и называется лексической нормой.

Речевая избыточность — не изобретение составителей ЕГЭ. Это глава из культуры речи, раздела лингвистики, который занимается не тем, как в языке можно сказать, а тем, как лучше сказать. Границу здесь проводят не законы грамматики, а традиция и вкус, и потому спорных случаев тут больше, чем в орфографии.

В русской традиции эту главу подробнее всех разработал Д. Э. Розенталь: в его «Справочнике по правописанию и литературной правке» плеоназм, тавтология и нарушение сочетаемости идут подряд, с сотнями примеров из газет. Оттуда они и перекочевали в школьные пособия, а затем в экзамен.

Рядом стоят две книги, которые стоит прочитать не ради экзамена: «Живой как жизнь» К. И. Чуковского и «Слово живое и мёртвое» Норы Галь. Обе — о том, как речь становится мёртвой: не от ошибок, а от лишних слов, от казённых оборотов, от привычки говорить длинно и приблизительно. Чуковский назвал эту болезнь канцеляритом, и слово прижилось.

Куда тема ведёт дальше:

— в сочинение 27, критерий К10 («соблюдение речевых норм»): плеоназм и нарушение сочетаемости — самые частые речевые ошибки в ученических работах, и снимают за них реально; — в задание 25, где надо находить синонимы и фразеологизмы: чтобы увидеть фразеологизм, надо чувствовать устойчивость сочетания — то же самое чувство, которое ловит контаминацию; — в задания 7–8, где проверяются грамматические нормы: там ошибка в форме и в связи слов, здесь — в их значении. Вместе они составляют весь блок «Культура речи» кодификатора.

И практический совет, который работает лучше любого списка. Когда проверяешь собственное сочинение, попробуй вычеркнуть из каждого предложения по одному слову. Если смысл не пострадал — слово было лишним. Обычно вычёркивается примерно каждое десятое.

Задание 6 приходит в двух видах, и они требуют разных действий.

Формат первый: «исключите лишнее слово». Формулировка: «Отредактируйте предложение: исправьте лексическую ошибку, исключив лишнее слово. Выпишите это слово». В предложении плеоназм. Найти надо то слово, которое можно снять, не тронув остального.

В бланк пишется само лишнее слово — то, которое убрали, а не то, которое осталось. Это первая ловушка формата: ученик находит плеоназм «посев в очень оптимальные сроки», понимает, что дело в паре «очень оптимальные», и пишет «оптимальные». А писать надо «очень» — потому что убрать нужно именно его.

Вторая ловушка — форма. Слово выписывают в той форме, в какой оно стоит в предложении. Было «в апреле месяце» — пишем «месяце», а не «месяц».

Формат второй: «замените неверно употреблённое слово». Формулировка: «Отредактируйте предложение: исправьте лексическую ошибку, заменив неверно употреблённое слово. Выпишите это слово». Здесь ошибка не в избыточности, а в сочетаемости или в значении. В бланк идёт слово-замена, то есть правильный вариант, тоже в нужной форме.

Как отличить один формат от другого? По самой формулировке — она напечатана в задании. Читай её первой строкой и подчёркивай глазами слова «исключив» или «заменив». На этом теряют балл чаще, чем на самом поиске ошибки.

Порядок работы.

• • Прочитай задание и определи формат: исключить или заменить.
• • Прочитай предложение целиком и найди пару слов, которые повторяют друг друга по смыслу или не ставятся вместе.
• • Проверь кандидата вычёркиванием: мысленно сними слово и перечитай фразу. Если она осталась полной и правильной — это оно.
• • Убедись, что кандидат один. Если кажется, что лишних два, — одно из них ты понял неверно.
• • Запиши слово в бланк в нужной форме, без предлога, без второго слова, строчными буквами.

Первое: выписали не то слово из пары. «Очень оптимальные сроки» — избыточна пара, но лишнее в ней «очень»: именно оно ничего не добавляет, потому что «оптимальный» уже значит «наилучший». Общее правило: убирают то слово, которое дублирует, и оставляют то, которое несёт основной смысл. В паре «заимствование + русский перевод» убирают всегда русское слово: «сервисное обслуживание» → убрать «сервисное», «народный фольклор» → убрать «народный».

Второе: изменили форму. Слово выписывают ровно таким, каким оно стоит в предложении: «месяце», «своей», «очень», «обратно». Начальную форму ставить не нужно, и это правило часто путают с заданием 5, где форма, наоборот, подгоняется под контекст.

Третье: написали два слова. В бланк идёт одно слово. Если кажется, что лишних два, — перечитай: один из кандидатов на поверку окажется нужным.

Четвёртое: приняли за ошибку закреплённую тавтологию. «Варить варенье», «загадать загадку», «постелить постель», «белое бельё» — норма. Проверка прежняя: попробуй убрать слово. Если фраза рассыпается или меняет смысл — слово не лишнее.

Пятое: перепутали формат. «Исключив» — пишем убранное слово. «Заменив» — пишем новое. Формулировка напечатана в задании, её достаточно прочитать.

Шестое: исправили стиль вместо ошибки. В задании 6 не просят улучшить предложение. Просят убрать ровно одну лексическую ошибку. Если фраза кажется тебе неуклюжей, но ошибки в ней нет, — значит, ошибка в другом месте.

И отдельно — список плеоназмов, которые встречаются в вариантах чаще прочих. Его стоит просто просмотреть: узнавание работает быстрее рассуждения.

внутренний интерьер, коллеги по работе, моя автобиография, в конечном итоге, полный аншлаг, главный приоритет, впервые дебютировал, пернатые птицы, местные аборигены, отступить назад, в мае месяце, огромная махина, запланировать заранее, свободная вакансия, ответная контратака, прейскурант цен, памятный сувенир, мимика лица, жестикулировать руками, кивнуть головой, тёмный мрак, пожилой старик, молодая девушка, госпитализировать в больницу, подниматься вверх, опуститься вниз, повторить снова, сжатый кулак, страсть к графомании.