Образование государства Русь

Учебник даёт список предпосылок, и его легко заучить, ничего не поняв. Разберём, как они сцеплены. Пока земледелец кормит только свою семью, излишка нет, и содержать людей, которые не пашут, не на что. Как только появляются излишки — зерно, мёд, воск, меха, — становится возможным прокормить дружину: профессиональных воинов при князе. Дружина нужна, потому что излишек надо охранять, а соседей — наоборот, обирать. Дальше вступает торговый путь. Через земли восточных славян шла главная дорога Европы IX века: путь «из варяг в греки» — от Балтики по Неве, Ладоге, Волхову, Ловати, волоками к Днепру и вниз к Константинополю. По нему в Византию шли меха, воск, мёд и рабы, обратно — серебро, ткани, вино, оружие. Кто контролировал волоки и переправы, тот получал доход, не работая: достаточно брать долю с каждого каравана. Значит, властью выгодно обладать — и за неё начинают бороться. Третий узел — внешняя угроза. С юга давила степь (хазары, затем печенеги), с севера приходили варяжские отряды. Обороняться удобнее вместе, и мелкие племенные княжения объединяются вокруг того, у кого сильнее дружина. Сложив это, получаем ответ на вопрос «почему в IX веке»: излишек сделал возможной дружину, торговый путь сделал власть прибыльной, угроза сделала объединение необходимым. Не любая из трёх причин по отдельности, а их совпадение.

«Повесть временных лет» рассказывает: словене, кривичи, чудь и весь сначала изгнали варягов за море, но «встал род на род» и начались усобицы. Тогда они решили: «Поищем сами себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И отправили послов к варягам-руси со словами: «Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». Слово «наряд» здесь не «одежда» и не «приказ»: в древнерусском это порядок, управление. То есть «земля богата, а порядка нет». Пришли три брата — Рюрик, Синеус и Трувор; Рюрик сел в Новгороде (по другому списку — сперва в Ладоге). Отсюда вырос научный спор, и на экзамене его надо уметь изложить нейтрально. Норманнская теория (XVIII в., немецкие академики в Петербурге — Байер, Миллер, Шлёцер): князья и само имя «русь» пришли от скандинавов, значит и государство создано варягами. Аргументы: скандинавские имена первых князей (Рюрик, Олег, Игорь, Ольга), сообщения византийских и арабских авторов, археология — скандинавские древности в Ладоге и под Смоленском. Антинорманнская теория (М. В. Ломоносов и далее): государство — итог внутреннего развития славян, варяги лишь возглавили уже готовые структуры; племенные княжения, города и знать существовали до 862 года. Современная наука спор снимает: варяжское происхождение династии признаётся, но государство не «приносят» извне — его создают внутренние условия, а приглашённый князь оказывается удобной нейтральной фигурой, не связанной ни с одним из враждующих родов. Именно поэтому его и зовут со стороны. Ловушка: в задании легко перепутать авторов. М. В. Ломоносов держался второй точки зрения, а Байер и Миллер — первой.

В 879 г. Рюрик умер, оставив малолетнего сына Игоря; править стал родич Олег. В 882 г. Олег двинулся вниз по Днепру, взял Смоленск и Любеч, а под Киевом, где сидели Аскольд и Дир, выманил их хитростью и убил. Летопись вкладывает ему в уста фразу: «Да будет Киев матерью городам русским». Почему именно 882-й считают датой рождения государства? Потому что впервые один правитель соединил оба конца торгового пути: северный узел (Новгород) и южный (Киев). До этого были два самостоятельных центра, после — единая держава вдоль Днепра. Отсюда и её рабочее определение — «государство на пути „из варяг в греки“». Дальше Олег занялся тем, ради чего путь и нужен: договорами с Византией. В 907 г. он совершил поход на Константинополь (в летописи — со знаменитым щитом, прибитым к вратам Царьграда) и добился торгового соглашения, а в 911 г. был заключён развёрнутый письменный договор. Это важно методически: договоры Руси с Византией 911 и 944 гг. — древнейшие письменные документы русской истории, их текст сохранился в составе летописи. В них уже есть статьи о суде, о возврате беглых, о выкупе пленных — то есть Русь выступает как признанный субъект международного права, а не как ватага.

Полюдье — объезд князем с дружиной подвластных земель для сбора дани, обычно с ноября по апрель, когда реки и болота замерзали и по ним можно было ехать. Размер дани обычаем не был жёстко определён, и в этом крылась мина. В 945 г. Игорь собрал дань с древлян, отпустил большую часть дружины, а затем вернулся «за добавкой». Древляне, по летописи, рассудили так: «Если повадится волк к овцам, то вынесет всё стадо, пока не убьют его; так и этот: если не убьём его, то всех нас погубит». Игоря убили. Ольга жестоко отомстила — летопись подробно рассказывает о четырёх расправах, вплоть до сожжения Искоростеня, — но важнее другое. Она сделала вывод из причины, а не только из обиды, и провела первую в русской истории налоговую реформу: — уроки — точно установленный, фиксированный размер дани; — погосты — постоянные места сбора, куда дань свозили сами плательщики. Механизм: если размер известен заранее, у князя нет соблазна вернуться «за добавкой», а у подданных нет повода восставать; если дань свозят в определённые пункты, отпадает нужда в рискованном объезде. Так стихийный грабёж превращается в систему налогообложения, а это один из главных признаков государства. В задании 19 (причинно-следственные связи) связка «гибель Игоря → уроки и погосты» — почти готовый ответ.

Святослав Игоревич (945–972, самостоятельно правил с 964) — князь-полководец. Летописец описывает его быт с восхищением: «В походах же не возил за собою ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко нарезав конину, или зверину, или говядину и зажарив на углях, так ел; не имел он шатра, но спал, подстелив потник, а седло клал в изголовье». Врагов он предупреждал заранее: «Иду на вы». Его походы складываются в понятную логику — расчистка торговых путей: — 964–966: подчинение вятичей (последний независимый союз) и разгром Хазарского каганата (взяты Саркел и Итиль), а также победа над волжскими булгарами. Итог двойной: Волжский путь открыт, но исчез «щит» против кочевников, и в степь хлынули печенеги; — 968–971: войны на Дунае против Болгарии и Византии. Святослав хотел перенести столицу в Переяславец на Дунае — «там середина земли моей». Против него выступил император Иоанн Цимисхий; решающая оборона — Доростол (971). Перед боем, по летописи, Святослав сказал дружине: «Не посрамим земли Русской, но ляжем костьми тут» — и прибавил, что мёртвым позор уже не страшен; — 972: на днепровских порогах, возвращаясь, Святослав убит печенегами. Оценка, которую ждут в развёрнутом ответе: военные успехи блестящи, но государственная цена высока — разрушение Хазарии открыло степь, а перенос интересов на Дунай оставил Киев без князя. Отсюда и усобица сыновей 972–980 гг., с которой начинается следующий урок. Частые ошибки: путают Дунайскую Болгарию (походы Святослава) и Волжскую Булгарию (её он тоже громил, но это другое государство на Средней Волге); относят взятие Саркела к Владимиру; считают, что Святослав крестился — нет, он отказался, сказав, по летописи, что дружина станет смеяться.

Самые ранние подлинные документы, дошедшие до нас в русской традиции, — это не законы и не летописи, а международные договоры, вставленные в «Повесть временных лет» целиком.

Договор 911 года, заключённый после похода Олега. Он устанавливает порядок разбора дел между русью и греками: как судить за убийство и кражу, как поступать с имуществом умершего в чужой земле, как возвращать беглых и как помогать потерпевшему кораблекрушение. То есть это правовой документ, а не перечень даров.

Договор 944 года, заключённый после неудачного похода Игоря, заметно менее выгоден: вводятся ограничения для русских купцов в Царьграде — они обязаны иметь княжеские грамоты, живут в определённом месте, входят в город группами и без оружия.

Что из этих текстов извлекает историк. Первое: имена. В списках послов рядом с явно скандинавскими именами (Карл, Фарлаф, Веремуд, Рулав) стоят и славянские. Это прямое свидетельство того, что дружина была смешанной, а не чисто варяжской или чисто славянской.

Второе: «закон русский». Договор ссылается на него как на уже существующий обычай, по которому судят русь. Значит, собственное право у Руси было до всякой писаной Правды.

Третье: положение князя. Договор заключается «от рода русского» и от имени князя, но с перечислением послов от множества лиц, включая княгиню и племянников. Это говорит об устройстве власти: князь ещё не единоличный государь, а старший в роде и в дружине.

Четвёртое: христиане на Руси до 988 года. Договор 944 года различает русь крещёную и некрещёную: первые клянутся в церкви святого Ильи в Киеве, вторые — оружием и Перуном. Значит, христианская община в Киеве существовала за полвека до крещения, и Владимир не вводил веру на пустом месте.

Как это использовать. Задание 14 просит найти в источнике сведения; задание 13 — атрибутировать документ. Договоры узнаются мгновенно по клятве оружием и Перуном и по упоминанию Царьграда.

Двухсотлетняя полемика о варягах регулярно сводится к вопросу «кто основал государство», хотя историки давно спорят о другом. Разберём позиции по существу.

Как начался спор. В 1749 году академик Герхард Фридрих Миллер подготовил речь о происхождении имени и народа российского, где выводил русь от скандинавов. Михаил Васильевич Ломоносов выступил с резкими возражениями, увидев в этом умаление древности народа. Спор с самого начала был поэтому не только научным.

Что сегодня не оспаривается. Присутствие скандинавов на Руси IX–X веков доказано археологически: скандинавские погребения и вещи в Старой Ладоге, Гнёздове под Смоленском, Тимерёве под Ярославлем, Шестовице под Черниговом. Скандинавские имена в договорах. Скандинавское происхождение имён первых князей. Это не предмет спора.

О чём спорят на самом деле. Первое: было ли призвание или варяги пришли сами и были потом легитимированы преданием. Второе: что означает слово «русь» — этноним пришельцев, название дружины или местное наименование. Третье и главное: какова была роль варягов — создали ли они государство или вошли как военная и торговая сила в уже складывавшееся общество со своими городами, знатью и данями.

Современная позиция большинства специалистов. Государство не «основывается» одним решением: оно вырастает из потребности защищать торговый путь, собирать дань и разбирать споры. К IX веку у восточных славян уже были племенные княжения, городища и знать; варяжская дружина дала им военную силу и династию, но не создала общество с нуля. Показательна и обратная сторона: скандинавы на Руси быстро ославянились, и уже третий князь носит славянское имя Святослав.

Как этим пользоваться в задании 22. Вопрос ставится как «приведите два аргумента в подтверждение и два в опровержение». В подтверждение роли варягов: летописное сообщение о призвании, скандинавские имена в договорах, археология Гнёздова. В опровержение: наличие городов и племенных союзов до 862 года, «закон русский» до варягов, быстрая ассимиляция династии, наличие у славян собственных укреплённых центров.

Кодификатор отдельно называет формирование территории, и спрашивают это не общими словами, а конкретным «кто кого и когда».

Государство росло не завоеванием чужих земель, а подчинением своих — восточнославянских союзов, каждый из которых до того платил дань кому-то другому или не платил никому. Порядок был почти всегда один: поход → подчинение → обложение данью → посадка наместника или сына.

Олег (879–912) взял Киев в 882 г., затем обложил данью древлян, северян и радимичей, прямо переманив последних двух у Хазарского каганата: «не давайте хазарам, но мне давайте». Это уже не грабёж, а перехват чужой дани — то есть спор о власти.

Игорь (912–945) воевал с уличами и удерживал древлян; при нём впервые названы печенеги (915).

Святослав (964–972) подчинил вятичей — последний союз, плативший хазарам, — и разгромил сам каганат в 965 г.

Владимир завершит сбор: вятичи и радимичи поднимутся ещё раз, и он приведёт их к покорности окончательно.

Отсюда вывод, который и есть «историческое условие образования государства»: Русь складывалась вдоль торгового пути «из варяг в греки», и подчиняли прежде всего те племена, что сидели на нём или на подступах. Земля была нужна не сама по себе, а как дань и контроль над дорогой.

Тема 1.3 кончается словами «внутренняя политика первых князей», и за ними стоит вполне конкретное содержание — превращение сбора дани в управление.

Полюдье — исходная форма: князь с дружиной зимой объезжает подвластные земли и берёт дань, сколько возьмётся. Размер не оговорён, сроки приблизительны, отчётности нет. Пока земли мало, это работает; как только круг растёт, система ломается — что и показала гибель Игоря в 945 г., пошедшего за данью к древлянам во второй раз.

Ольга делает из катастрофы реформу: вводит уроки — фиксированный размер дани — и погосты, места её сбора, куда дань свозят сами плательщики. Три следствия, и все три спрашивают: произвол сменяется нормой, объезд — постоянными пунктами, а вместе с погостами появляются опорные точки княжеской власти на местах. Это первый шаг от дружинного вождя к государству.

Святослав сажает сыновей наместниками в Киеве, Овруче и Новгороде — власть впервые распределяется по землям внутри одного рода. Приём удержит страну при жизни князя и обернётся усобицей после его смерти: тот же механизм, что позже даст раздробленность.